1999/08/11 - АЛЬТЕРНАТИВА-99

В сентябре обычно бывает День Москвы, но нормальным людям там делать нечего. С утра до вечера синие толпы, попсари всякие с эстрад надрываются, кое-где даже синьку раздают на халяву, чтобы народ ещё крепче синел. Ну, ладно, кому по приколу, тот пусть синячит – но ведь должна же быть какая-то альтернатива? Для нормальных людей?

Вот, есть там у них такой деятель, по фамилии Кириенко, по прозвищу Киндер-Сюрприз. И вот он решил организовать альтернативный день Москвы, типа как будто для нормальных людей. Чтобы такие люди в нём поучаствовали, которых Лужков никогда не пригласит. Один мой знакомый под это дело подписался и мне позвонил: дескать, так, мол, и так, если есть у тебя знакомые, пускай заявки подают. Вот, говорит, уже и Гельман под это дело подписался, и Курицын под это дело подписался, и целый фестиваль будет, и акция "Молодежь против наркотиков", и всё такое. Короче, весело будет, и непопсово. Плюс ещё халява какая-нибудь обломится от Кириенкиных предвыборных рублей.

В принципе, халява – это хорошо. Надо друзьям рассказать. И вот я прихожу к Кожекину и всё это ему излагаю. А он как-то без малейшего интереса, ходит по квартире голый и рассказывает, какая нынче на Украине трасса хуевая, потому что бензин вздорожал. И как в Днепропетровске "Садовников" прижали, за то что у них на дворе ганджа растет. Короче, пришли менты, а им навстречу выходит Сан Саныч Волгин, совсем никакой. Они его спрашивают: ты кто? А он отвечает: я Бог. Тогда они говорят: на дурку с нами поедешь. А он говорит: ладно. А потом залез на крышу и там заснул. Менты хату обшмонали, уже уходить собрались, и вдруг вспомнили, что надо же Бога на дурку свезти. Спрашивают Садовников: а где ваш Бог? А они наверх показывают. Менты подумали, что с них стебутся, стали Бога по двору искать, но так и не нашли. И уехали.

Короче, за всеми этими приколами забыли мы за альтернативный День Москвы. А потом мы с Вовкой Орским в гостёчки поехали, к хорошим людям, у которых конопляные джунгли на балконе растут. А там сидит одна подруга и говорит: как они заебали со своей Югославией! А она, оказывается, целый день в телевизор провтыкала, и теперь ей хуёво. Тут мы оттаскиваем её от телевизора и все вместе дружно пиздячим за вином. А нам навстречу бежит такой вот толстенький мужичок и кричит: Хайле Селассия! Я ему в ответ: Джа Растафарай! Он останавливается и говорит: о! Олдовые люди! Наверно, давно тусуетесь, годов с шестидесятых? А Вовка говорит: что-то около того (хотя мы с ним в шестидесятых ещё пешком под стол ходили, но почему бы человеку приятное не сделать?). Затем следует перечень великих имен, а потом я говорю: чувак, а пошли с нами вино пить. А он говорит: извините, я на точку спешу. По белым делам. Я спрашиваю: а чего-нибудь зелёного на той точке нету? Он говорит: нету. И дальше побежал.

Взяли мы вина и вернулись; а тут и хозяйка флэта появилась. Говорит: а давайте мальчиков покурим. Оказывается, от мальчиков можно лопухи курить, но это пока они молодые и ещё пыльцу не сбросили. Ну, не сказать, чтобы эти лопухи были сильно крутые, и курятся они тяжеловато, но всё-таки. А тут ещё люди подошли клёвые – короче, просто праздник какой-то! Такое интенсивное общение пошло, и по какому-то поводу опять эта тема всплыла, за Киндер-Сюрприза и его альтернативу. Но опять ни у кого энтузиазма не вызвала. И даже наоборот – люди говорят: на хуй нужно? Много бабок на этом всё равно не срубишь, и потом: кто он такой, этот Киндер-Сюрприз, чтобы его поддерживать? Ну, ладно ещё, если бы он был за лигалайз – так ведь нет! Ну, так пусть его синяки и поддерживают.

И как-то эта тема сама собой забылась. А потом прихожу я к тому человеку, который меня ею загрузил. А у него стоит бутылка коньяка и никто его не пьет. Ну, я и сожрал полбутылки, а больше не смог, потому что коньяк настолько явно палёный, что вобще. И тут опять начинается базар за кириенковскую альтернативу. Гельман-то с Курицыным уже каталог участников делают, тираж двадцать пять тысяч; и Нина Садур туда подписалась, и Михайловская, и даже Пелевина вроде подписали, по этому случаю с фанами встретиться. А я сижу и вспоминаю, что ни хуя не сделал и никого не подписал. И даже сам обломался под это дело подписываться.

Вот тут бы мне и съехать потихоньку, причину уважительную придумать и всё такое, чтобы хорошего человека не обижать. Но уж хуй! Всё-таки, полпузыря конины – это мощный деструктивный фактор! И вот я, вместо того чтобы аккуратно перевести стрелки, начинаю делать политические заявления в духе покойного Махатмы Ганди. Типа: не хуй нам на ихние праздники ходить, у нас и своих до хуя! Ежели они объявили праздник – пусть сами и празднуют, а если войну объявят – пусть сами воюют! Короче, не хватало ещё встать в позу и спеть весь первый псалом: блажен муж, иже не иде на совет нечестивых и не воссяде с лукавыми, и так далее. А ей-богу, если б весь пузырь выжрал, то и спел бы, хоть и голосу нет (и слуха тоже). Нет, всё-таки синька – страшная вещь!

И главное: сам-то как загрузился! На всю обратную дорогу, от Марьино до Бабушкинской. И ещё и дома что-то бурчал, про сатьяграху, анархизм, неприсоединение, неучастие, и что через двадцать лет посмотрим. А поутру-то как хуёво было!

Комментарий

Первая публикация – Д&Д, в настоящем издании без изменений.
Кириенко, Сергей – на тот момент уже бывший Председатель Правительства РФ. В 1999 баллотировался в мэры Москвы.
Гельман, Марат – галерист, политтехнолог. В 1999 руководил избирательным штабом Кириенко.
Курицын, Вячеслав – писатель и критик. В рамках фестиваля "Неофициальная Москва" собрал со всех знакомых писателей по рассказу о Москве и издал под одной обложкой.
Заебали со своей Югославией – имеется в виду Косовская война, на тот момент уже завершившаяся, но всё ещё активно комментировавшаяся в СМИ.
По белым делам – т.е., за синтетическими стимуляторами.
"Мальчики" – мужские растения конопли.
Садур, Нина – драматург-сюрреалист. К 1999 году уже написала все свои главные пьесы ("Чудная баба", "Панночка", "Лунные волки") и имела значительную популярность.
Михайловская, Татьяна – литературный деятель, поэт, прозаик. Редактор журнала "Новое литературное обозрение".
Пелевин, Виктор – очень популярный русский писатель. Весной 1999 вышел его нашумевший роман "Generation П".
От Марьино до Бабушкинской – т.е. почти через всю Москву.
Сатьяграха – ненасильственное сопротивление правящему режиму. Применялась сторонниками Ганди в ходе борьбы за независимость Индии.