2007-10-12 - ОБСТОЯТЕЛЬНЫЙ ОБЗОРЧИК ПРО ИНДИЮ, от "ЙОГОВ" до "МУСУЛЬМАН"

ЙОГИ – цывильные дядечки разного вида и возраста, у которых высшее образование на лбу написано. Не все йоги тощие и не все умеют стоять на голове, но пусть вас это не удивляет: ИНДИЙЦЫ понимают йогу совсем не так как мы. Махатма Ганди, который ни разу в лотос не завязывался, у них считается великим карма-йогином, потому что он бескорыстно действовал на благо других людей – собственно говоря, в этом вся карма-йога и заключается. А великий йог Патанджали говорил, что "йога есть удержание материи мысли от облечения в образы" - это даёт вообще нереальный простор для толкований и применений. Можно, например, лекции про чакры читать или энергетический массаж туристкам делать, и это тоже будет как бы йога. Главное в этой теме – хорошо знать АНГЛИЙСКИЙ ЯЗЫК, свободно владеть профильной лексикой и грамотно пиариться. А дальше уж как получится: будут к тебе люди собираться – значит, ты и вправду йог. А не будут собираться – значит, можно чем-нибудь другим заняться, грамотный человек с хорошим английским в Индии по-любому не пропадёт.

КАРРИ – общее название для всякой ЕДЫ, тушёной в соусе карри. Соуса много, так что лучше заказывать к карри сразу парочку ЧАПАТИ, чтобы его эффективно использовать. Карри считается недешёвым блюдом, поэтому кое-где к нему подают бесплатный рис – но в меню это не прописано, и если не спросить, то могут и не предложить. "Чикен карри" – вкусная штука, однако в некоторых местах его готовят из невнятных куриных обрезков с костями, так что будьте бдительны.

КАСОЛЬ – посёлок над речкой Парвати неподалёку от Маникарана, главный центр израильского туризма в ХИМАЧАЛЕ. Обильное присутствие ИЗРАИЛЬТЯН пошло на пользу этой деревне, в недавнем прошлом совсем небольшой и ничем не примечательной. Теперь там два Касоля – Старый и Новый, и в обоих по два десятка недорогих гостиниц со всеми удобствами, и рестораны на любой вкус, и электричество без перебоев, и достать можно всё, включая МДМА. А в четырёх километрах к востоку от Касоля – Маникаран с горячими источниками, а за Маникараном безлюдные ГИМАЛАИ на неделю пути, а дальше вообще Тибет начинается. А на другом берегу Парвати, совсем недалеко за горой, дикое и странное селение МАЛАНА. Туда можно смотаться на денёк, если вдруг надоест комфорт и уют – чисто для того, чтобы понятть, до чего же в Касоле клёво.

КАСТЫ в Индии официально отменили полвека назад, но ИНДУСЫ не приняли это всерьёз и продолжают жить по старым понятиям. Чтобы убедиться в этом, достаточно заглянуть в любую газету с брачными объявлениями. Первой колонкой идут брахманы, за ними остальные индусские масти, за ними неиндусы (в основном, СИКХИ, бородатые или безбородые). А замыкают список "NRI" – индийцы, проживающие за рубежом. Их статус считается весьма сомнительным, даже если они происходят из высших каст: уважающий себя индус по заграницам ездить не должен. Ну, а мы, иностранцы-иноверцы, должно быть, и вовсе не люди по ихним зазнайским понятиям? Да, так оно и есть. Там, где нас много, это не особенно распространено (или не слишком заметно); но там, где мы бываем редко и небольшими группами, индусские понты цветут во всей красе. Я их наблюдал в МАЛАНЕ, впечатление удручающее. Что с этим делать? По-моему, просто забить. У них там есть своё правительство, пусть оно их и перевоспитывает. А интуристу лучше просто не лезть туда, где ему не рады. Индия ведь большая, за всю жизнь не объездишь, и хороших мест там очень много, а нормальных гостеприимных ИНДИЙЦЕВ даже больше чем много.

КОНОПЛЯ в Индии растёт не везде: в ДЕЛИ я не видел ни кустика, и в РИШИКЕШЕ тоже, хотя там климат, вроде бы, для неё подходящий. Но зато в долине КУЛЛУ конопляные джунгли и вдоль всех дорог, и во всех селениях, и на пустырях и на горных лугах, и запах над ними стоит такой, что и курить не надо. Всё это сатива, высокая, пышная и мелкосемянная. Кусты бывают черноствольные (с более мелкими листьями и шишками), и зеленоствольные (один в один как у нас). Местные жители, как я понял, не видят различия между сортами, они просто мацают все кусты без разбора. К конопле они относятся как к природному ресурсу: самое большее, на что способны местные агрономы, это натрясти семян с куста во дворе и посеять их где-нибудь в горах, чтобы халявщики не добрались. А "мальчиков" повыдергать им и в голову не придёт: в августе над всеми зарослями торчали воот такущие метёлки, и пыльца с них разлеталась по всей долине. Но вот что удивительно: при таком пещерном уровне культуры ЧАРАС у них всё равно лучший в мире. МАРИХУАНА, правда, совсем никакая, но они её и не курят.

КОРОВЫ… - ну, что про них сказать? Есть большая разница между городскими и сельскими. В деревне корова живёт как королева, она чистая и толстая, пасётся на свежей травке, для неё целое лето заготавливают сено, она полезна и нужна. В городе корова живёт как бомжиха, она чумазая и тощая, копыта стёрты об асфальт, она жуёт бумагу и полиэтилен, она мешает торговле и транспорту, МЕНТЫ гоняют её палками изо всех приличных мест, и трудно понять, кому она тут нужна и кто её доит. Индийские газеты никак не освещают проблему городских коров – возможно, для ИНДИЙЦЕВ это вовсе не проблема. Животные-то смирные, на улицах не бузят и людей не бодают, и даже быки ведут себя спокойно и сдержанно. В РИШИКЕШЕ паломники кормят их с рук всякой всячиной. Я тоже как-то раз скормил быку бананчик – и уже в следующее мгновение оказался окружен пятью или шестью рогатыми тушами. Они на меня никак не давили и даже не мычали, а просто стояли плотной стеной, пока я не роздал им все бананы. А потом разошлись и занялись своими делами.

КОШКИ – тощие и нервные животные, живущие в условиях постоянного стресса. Ходить по земле им не дают СОБАКИ и дети, греться на крышах мешают ОБЕЗЬЯНЫ. В РИШИКЕШЕ, где приматы обосновались давно и прочно, я видел только одного зачуханного котика; в МАНАЛИ, где обезьяны пока что не проникли в посёлки – не больше десятка кошек и котов. На контакт с людьми они не идут, еду из рук не берут, даже рассмотреть себя не дают – тут же просачиваются в ближайшую щель, и сиди потом думай, то ли был кошак, то ли приглючился. Зато по ЗВУКУ и ЗАПАХУ они реально индийские звери: орут как слоны, а если угол в кафе пометят, то воняет на всё помещение, никакими благовониями не перебьёшь.

КУЛЛУ ("конец обитаемого мира", как утверждает Грановский) – район в центре штата ХИМАЧАЛ ПРАДЕШ вокруг одноимённого города. Эти места много чем знамениты – туда, например, эмигрировал Арджуна со своими братьями, когда ихний старшенький догола проигрался в кости; и туда же свалил Николай Рерих, когда в России начался Советский Союз. Они были мудрые люди: Куллу – идеальное место, чтобы спрятаться и отсидеться, а то и вовсе начать новую жизнь на новом месте. Население там не вредное, цены невысокие, КОНОПЛЯ растёт повсеместно, а вместе с ней и прочие сельхозкультуры, даже ЯБЛОКИ. И ещё один плюс: для всяких левых оттяжников (типа тех, которые сейчас доедают Гоа) в Куллу нет ничего интересного. Дороги там плохие (а местами их и вовсе нет), СВЯЗЬ дрянная, сервис минимальный, летом МУНСУН, а с ноября уже зима реальная, со снегом. Ходить и ездить по Куллу трудно, сплошные подъёмы и спуски – зато зависнуть легко в любом месте где присядешь, потому что ЧАРАС дешёвый, отличный и везде.

ЛИНГА – продолговатый цилиндрический камень с закруглёнными концами, поставленный торчком. Символизирует половой член ШИВЫ. Стоит на подставке отдалённо напоминающей невысокий подсвечник – она символизирует половую щель Шивиной жены Парвати. ИНДУСЫ льют на лингу молоко или топлёное масло, зажигают перед ней благовония и всяко ей поклоняются. Старые намоленные линги грязные и жирные, новые блестящие и гладкие. В сувенирных лавках продаются линги самых разных размеров – и карманные, и настольные, и напольные. Все они изначально пригодны для религиозных нужд и не нуждаются ни в каком специальном освящении.

ЛОКАЛ БАС – междугородний автобус индийского производства (см. ТАТА). Кондиционеров в нём не бывает, вентиляция идёт через открытые окна и двери. Сидения типа как в наших троллейбусах, иногда как в "Икарусах". В локал басе обязательно есть кондуктор, который свистит в свисток, чтобы водитель затормозил или поехал. Белых пассажиров кондуктор всегда норовит обсчитать хотя бы на одну-две рупии; возможно, он и с ИНДИЙЦАМИ это проделывает, я не в курсе. Билеты копеечные, комфорт минимальный, большинство пассажиров местные жители - небогатые, непритязательные и почти не понимающие по-английски. Поездка в локале – превосходный шанс погрузиться в самую гущу настоящей индийской жизни, со всеми её ЗАПАХАМИ, ЗВУКАМИ и прочим локальным колоритом.

МАЛАНА – горная деревня недалеко от КАСОЛЯ, где якобы полный лигалайз и лучший в мире ЧАРАС, называемый "малана крим". На самом деле, и лигалайза там давно нет (приезжают МЕНТЫ из Чандигарха, жгут КОНОПЛЮ вокруг деревни), и чарас там средненький (в МАНАЛИ гораздо лучше), и достопримечательностей никаких, только грязища и нищета. Говорят, что лет тридцать тому назад большинство гималайских деревень выглядело так же неказисто – но вот понаехали туристы, подвезли денег и жизнь стала налаживаться. Маланцы тоже могли бы приподняться за счёт туризма – но для этого им пришлось бы обслуживать белых недочеловеков, которые по кастовым понятиям хуже неприкасаемых. Как решить эту проблему без ущерба для собственной гордости? Судя по соседним селениям, решение есть, и не одно – однако у маланцев свой особый путь. С иностранцами они общаются строго по понятиям: говорят им "Не трогай этого!", "Не трогай того!", "Не трогай меня!", не пускают в свои ДХАБЫ и дворы, а деньги берут не из рук в руки, а только с земли. Иностранцы, конечно, недоумевают, но всё равно в Малану лезут: во-первых, настоящий "малана крим" охота покурить, а во-вторых, интересно поглядеть на реальных дикарей, до сих пор глобализацией не тронутых. Вот и я туда залез (а это не меньше часа подъёма по не самой простой тропе), и покурил, и поглядел. И понял, что мог бы туда и не лазить, ничего там интересного нет. А "малана крим", как я потом узнал, это не обязательно чарас из Маланы. Это просто такой способ приготовления чараса, когда шишки об руку не трут, а просто легонько по ладошке хлопают несколько раз и потом скатывают то, что нахлопалось. В Малане чарас не так делали, я сам видел: там девчонки коноплю тёрли отчаянно, весь сок из неё выжимали. А правильный "малана крим" я за два дня до вылазки купил в Касоле у хозяина гостиницы. Один раз хапнул – и сразу понял, что это он.

МАНАЛИ, если верить ИНДУСАМ, древнейший город на земле. То есть, были города и подревнее, но их все уничтожил всемирный потоп, и всё древнее человечество утонуло. Выжило только семейство Сраддхадевы Ману, которому одна рыба сказала, что будет потоп, и он своевременно построил ковчег, и после долгого плавания пристал у склона ГИМАЛАЕВ как раз в том месте, где сейчас храм Ману. Он-то и основал посёлок на вертикальном косогоре – неудобно, конечно, но никакой другой суши тогда не было, кругом бушевал океан. Потом уже воды схлынули, и потомки Ману разбрелись из Манали по всему миру и построили все другие города, в том числе и Нью Манали, где теперь автостанция и рынок. Его одним из первых построили, и старый Манали на косогоре после этого стал называться Олд Манали. Вот, значит, там я и зависал больше месяца в общей сложности. Сказки рассказывал в кафе "ПИПЛ", тусовался с РУССКИМИ, курил ЧАРАС, варил из него молоко и даже как-то умудрился дописать сборник "Сказки народов мира".

МАРИХУАНА в ХИМАЧАЛЕ почти не продаётся – во всяком случае, на улицах и в кафе мне её не предлагали. Можно было просто КОНОПЛИ нарвать и насушить, но всё время было много ЧАРАСА, и с травой возиться было в лом. Так бы и не попробовал я местную марихуану, если бы не познакомился с РУССКИМИ, которым ихняя квартирная хозяйка что-то такое предлагала. У неё я взял за 50 рупий большой – стакана на два – пакет непробитой травы с семенами. Она оказалась вроде нашей подзаборной шалашки, но в смеси с чарасом вполне даже было неплохо.

МЕНТЫ ходят в форме цвета хаки, вид у них серьёзный и свирепый. Вооружены длинными тонкими палками, иногда бывают с винтовками, иногда с пистолетами. При входе в аэропорт "Индира Ганди" сложена баррикада из мешков с песком, за ней сидит мент с ручным пулемётом. Менты в нарукавниках – это автоинспекторы. Менты в тюрбанах – это СИКХИ, очень въедливые и добросовестные менты. На белых людей индийские менты даже не смотрят, но курить ЧАРАС или собирать КОНОПЛЮ всё равно лучше там, где их нет - бережёного Бог бережет.

МЕТРО в ДЕЛИ открыли недавно и пока что не успели запакостить. Выглядит оно феерически: высокие своды, широкие платформы, продуманный дизайн в стиле хай-тек и сверкающие новенькие поезда, почти бесшумные. А ещё там чисто и прохладно, как не в Индии вобще. Это нереальное счастье, обнаружить такое чудо прямо у себя под ногами, в двух шагах от стрёмного автовокзала Кашмири Гейт, да ещё и после шести часов ДОРОГИ по индийской ЖАРЕ в ЛОКАЛ БАСЕ. Впрочем, чудо не без ложки дёгтя: на каждой станции при входе рамка, а возле неё МЕНТЫ ощупывают всех входящих. И с оплатой всё своеобразно: до разных станций жетоны по-разному стоят, хотя с виду они все одинаковые. На входе жетон просто прикладываешь к турникету и проходишь – а на выходе тоже стоит турникет, и жетон уже надо бросить в щель, чтобы он тебя выпустил. Если станция неправильная, или, допустим, жетон утерян, то придётся объясняться с контролёром и доплачивать. Но это ерунда, это привыкнуть легко.

МОМО – тибетские вареники. Готовят их на пару, начиняют всякой всячиной: есть и с творогом ("cheese momo"), и с овощами, и с курятиной, и с бараниной, и с картошкой. Порции большие, соусы обычно соевый и какой-то типа аджики. Сметаны к ним не подают, её во всей Индии не сыскать.

МУНСУН (moonsoon) – сезон дождей. В ХИМАЧАЛЕ начинается в июле, заканчивается в сентябре. Дожди не как у нас, а мощные муссонные, такие, что после них новые реки в горах появляются. Для индийских крестьян это сезон сельхозработ, для туристов – сезон скуки, мокрых шмоток, простуд и дискомфорта. Хотя, на мой вкус, индийская ЖАРА гораздо хуже.

МУРТИ – ИНДУСский идол или икона. В быту мурти встречаются гораздо чаще, чем портреты кинозвёзд и президентов. Любое мурти – от десятиметровой статуи до карманного календарика - может служить полноценным объектом для поклонения. Однако самым большим уважением пользуются старинные каменные мурти, замасленные и закопчённые до такой степени, что на них и глаз не разглядишь. Чтобы узнать, кого изображает то или иное мурти, нужно разбираться в индусской иконографии: у всех БОГОВ есть свои приметы, по которым они опознаются. Если мурти совсем невнятное или замоленное до неузнаваемости, есть смысл поискать где-нибудь рядом подпись (никакой латиницы, только ДЕВАНАГАРИ!) или вахану - животное, на котором ездит этот бог. В храмах вахана обычно стоит перед входом, на плакатах и календарях рисуется где-нибудь внизу.
На севере Индии чаще всего можно увидеть такие мурти:
Круглолицый дядька с высокой причёской, обычно синекожий, иногда многорукий, с трезубцем и с коброй на шее - это ШИВА. Его вахана – белый бык.
Многорукая женщина верхом на тигре или льве - Дурга (сердитая Парвати, жена Шивы). Несердитая Парвати – тётенька лет тридцати, похожая на болливудскую кинозвезду – никогда не изображается самостоятельно, а только вместе с Шивой и Ганешей. С ваханой тут всё понятно.
Человек-слон - Ганеша, сын Шивы и Парвати. Его вахана – мышь.
Человек-обезьян, с булавой или без - Хануман, друг и помощник Рамы. Ваханы не имеет, он сам по воздуху может летать.
Светлокожий мужчина с высокой причёской, луком и колчаном - сам Рама, древний герой, предпредпоследнее земное воплощение бога Вишну. Если их двое – тогда это Рама и его брат Лакшмана; если с ним (с ними) женщина – то это Рамина жена Сита. Вахан я при них ни разу не видел.
Синекожий пупс на четвереньках или синекожий юноша, играющий на флейте - Кришна, предпоследнее земное воплощение бога Вишну. Вахана Кришны – птицечеловек Гаруда.
Девушка с ситаром - Сарасвати, покровительница наук и искусств. Её вахана – лебедь.
Чёрная четверорукая тётка с высунутым языком, танцующая на трупе - Кали, то бишь, очень сердитая Парвати. Вахану не помню.
Иногда среди мурти можно увидеть изображения бородатых дядек в тюрбанах и с нимбами, издали похожих на православных святых. Это не мурти, а портреты уважаемых СИКХских гуру; молиться им не положено.

МУСУЛЬМАНЕ - люди в белом. У них белые кружевные шапочки, длинные белые рубашки, белые штаны. Бороды они не стригут, а усы зачем-то сбривают. Женщины ихние ходят в платках, на улице закрывают лицо, так что видны одни глаза. В ХИМАЧАЛЕ мусульман очень мало, на равнине побольше, а в ДЕЛИ их можно увидеть так же часто, как СИКХОВ. Выглядят мусульмане недружелюбно (но не агрессивно), с белыми туристами не контактируют, в туристических лавочках и ресторанах не работают, ЧАРАСом не барыжат, и вообще непонятно чем занимаются. Индийская пресса склонна обвинять их во всех терактах, которые происходят в стране – возможно, что и не зря; но мне почему-то кажется, что все эти подозрения возникают больше из-за ихних неулыбчивых физиономий и обособленного образа жизни. Проезжая по ДЕЛИ, трудно не заметить, что мусульманские дворы обычно чище ИНДУСских, а мусульманские дети не шляются без дела и не попрошайничают. И как у них это получается?