2003/03/12 - СУГУБО АВТОРСКИЙ ТЕКСТ

Если есть право – значит, есть и лево. Подтверждение этому тезису можно найти в диалектической философии, геометрии, географии, политологии и правилах дорожного движения. Если право иногда бывает "авторским", то, должно быть, где-то существует и авторское лево. То есть, не должно быть, но существует, и не где-то, а прямо здесь. Например, в моем компьютере стоит левый софт, на вертушке играет левый компакт, а в кармане лежит явно левый "Честерфилд" – в общем, сплошное авторское лево, с какой стороны ни смотри.

Хотя, если всё-таки посмотреть совсем с другой стороны, то вот этот текст, который я пишу в левом Word'е под левого Гребенщикова, через неделю станет объектом авторского права, на нем будет стоять копирайт и я получу за него деньги. А если эти деньги получит кто-то другой, то я буду очень разочарован. То есть, здесь налицо некое раздвоение личности: я охотно пользуюсь плодами авторского лева, но при этом требую соблюдения своих авторских прав. И уже не могу от всей души выступать за анонимное и бесплатное искусство, коль скоро сам я не анонимен и далеко не бесплатен.

Но тема авторских прав связана не только с искусством, технологиями и программным обеспечением – на самом деле, она гораздо шире. Ибо жить на Земле и не быть автором просто невозможно. Хотя бы с физиологической точки зрения.

 

О НЕИЗБЕЖНОСТИ АВТОРСТВА

Каждый человек – автор. Каждый из нас ежедневно (или почти ежедневно) производит некий уникальный и неповторимый артефакт, который обладает целым рядом неподдельных авторских черт и, вне всякого сомнения, отражает сложную индивидуальность автора и его место в современном мире. И остается только удивляться тому, с какой легкостью мы расстаемся с этим произведением, вручая его случайным людям и ничуть не заботясь о его дальнейшей судьбе. Мы не регистрируем его, не фиксируем свое авторство, не выставляем, не рекламируем, не продвигаем на рынке и, в итоге, не имеем ни копейки прибыли от его реализации.

Почему так происходит? Возможно, потому что каждый из нас, в силу своей врожденной скромности, недооценивает плоды своего ежедневного творчества, не видит их эстетической ценности и коммерческого потенциала и, грубо говоря, считает их "полным говном". И мы не так уж далеки от истины: наши творения выглядят как говно, пахнут как говно и, в узко физиологическом смысле, являются экскрементами – то есть, самым натуральным говном, если можно так выразиться.

Да, в наших недрах сокрыта небольшая кустарная мастерская по производству говна, в функционирование которой мы вкладываем изрядную долю своего бюджета. Наше равнодушие к конечному продукту этой мастерской, по меньшей мере, необъяснимо, и даже более того: это типичный пример авторского лева. Разумный правовой подход к вопросу о говне продемонстрировал один лишь итальянский художник Пьеро Манзони: он закатал его в консервные банки и успешно продал с аукциона как концептуальный продукт. Этот случай можно рассматривать как полезный прецедент, хотя большинство критиков увидело в нем пример упадка современного искусства. И совершенно напрасно: на мой взгляд, это классический пример того, что современное искусство окончательно отказалось от эстетической дискриминации и сделало огромный шаг вперед.

Дело в том, что говном можно назвать что угодно и кого угодно, как это блистательно продемонстрировал Даниил Хармс. Даже солнце русской поэзии, Александр Сергеевич П., удостаивался такой оценки в поздний период своего творчества, и потребовались многолетние усилия издателей и критиков, чтобы он снова стал "нашим всем" и уже не слезал с пьедестала. Однако и сейчас практически невозможно доказать, что его произведения не являются говном – скорее, просто трудно доказать обратное, ибо тот, кто возьмет на себя бремя доказательства, будет незамедлительно забросан говном по самые уши. В сфере деятельности, не имеющей конкретных и внятных критериев качества, – а именно таковы литература, музыка и прочее искусство, - любое произведение может быть объявлено говном, а любое говно может стать объектом авторского права. Чтобы не ходить за примерами, включите какое-нибудь "Русское радио" и прослушайте любую песню. Правда, говно? А между тем, за несанкционированное коммерческое употребление этого говна немудрено попасть под санкции. Кстати, произведения упомянутого Александра Сергеевича можно использовать вполне бесплатно, в связи с окончанием срока действия его авторских прав – но сфера их применения весьма ограничена. Например, в ротации "Русского радио" они отсутствуют, несмотря на их бесспорную художественную ценность и абсолютную халявность.

Впрочем, искусство – не единственная и далеко не главная сфера действия авторского лева. Есть еще патентное лево, которое имеет дело с разными технологическими новациями. Критерии их оценки выглядят гораздо более объективными: удобство, экономичность, технологичность, мощность, КПД… Но любой изобретатель расскажет вам, как порою трудно доказать, что твое изобретение – не говно, а полезная и нужная вещь. Каждый изъян служит поводом для сокрушительной критики всего механизма; а если изъянов нет, то новинку могут убить простым вопросом: зачем это нужно, если до сих пор мы обходились без этого? И даже оформив патент на свое изобретение, мы можем не получить никаких дивидендов от его внедрения, если не имеем соответствующих связей в соответствующих кругах. Классический пример – Валерий Ковальчук из Челябинска, который изобрел бесшумный и бездымный патрон. Патент обошелся ему в четыре с половиной тысячи рублей, но Министерство обороны его не купило. Тогда Ковальчук попытался продать его деловому человеку из Кувейта, но тот оказался агентом ФСБ. В результате изобретатель чуть было не сел на 7 лет за измену Родине.

Подозреваю, что хитрожопый Манзони, живи он в России, тоже не избежал бы подобной участи. Его какашки объявили бы национальным достоянием и запретили бы вывозить за пределы страны; а внутри страны их бы просто никто не купил. Российский интеллектуальный продукт, как правило, является традиционным объектом авторского лева: всякий норовит либо получить его на халяву, либо обойтись без него. То же самое происходит и с нашим говном: оно перегорает на каких-то аэрационных полях, преобразуется в компост и продается неведомым земледельцам, а нам за это никто и редиски бесплатной не даст. Но, в конце концов, стоит ли убиваться из-за всякого говна? Посмотрим, как обстоит дело с более существенными объектами авторского права и лева. Например, с людьми.

 

ЧЕЛОВЕК КАК ПРОДУКТ И ГРАЖДАНИН

Каждый человек – авторский продукт, совместно произведенный на свет его отцом и матерью. Авторы нового человека имеют самые широкие права на его пожизненное использование – это основа любой традиционной морали, ключевой тезис большинства мировых религий и, что самое занятное, это вполне согласуется с современными правовыми понятиями. Согласно логике авторского права, только автор и никто другой обладает всей полнотой прав на использование своего произведения.

Согласно логике авторского лева, мавр, сделавший свое дело, должен уйти и не отсвечивать. Но это не означает, что его произведение может использовать кто угодно. При всей своей левизне, авторское лево – не анархия и не потребительский коммунизм. С "пиратами" оно борется едва ли не интенсивнее, чем самое развитое авторское право . Глядя на масштабы облав и конфискаций, можно предположить, что мастера контрафакта платят очень много штрафов; но только авторы не имеют от этого никакой прибыли. Не припомню ни одного случая, чтобы местному автору возместили ущерб, причиненный незаконным тиражированием. Скорее всего, суммы, которые он мог бы получить в виде отчислений, пополняют казну или личный бюджет государственных служащих. И это по-своему логично: какие права может иметь человек, не обладающий властью?

Точно так же обстоит дело и с авторами новых людей. Никто не отрицает их авторства, создается даже некая видимость защиты их прав, но основная прибыль от их продукта всё равно достается государству. Произведение, достигшее половой зрелости, отчуждается путем простейшей манипуляции: его переименовывают из "человека" в "гражданина". Трюк весьма примитивный (примерно как переименовать "аспирин" в "ацетилсалициловую кислоту"); но очень эффективный. У "человека" есть права человека; а у молодого "гражданина" есть только гражданский долг. Полный комплект гражданских прав он получит года через три. Если доживет.

Интересно, что государство право здесь не только по существу (в смысле, по праву сильного), но и по форме. Оно является автором "гражданина" и использует свое произведение по собственному усмотрению – ну, что тут возразишь? С другой стороны, человек, не ставший гражданином (то есть, не получивший паспорта), не имеет никаких перспектив и пригоден только для домашнего использования. То есть, ситуация примерно та же, что и на аудиорынке: пока ты не продался какому-нибудь "Союзу" или EMI, бренчать тебе на гитарке в подвальном клубе на двадцать мест. Или как в книжном бизнесе: без контракта с каким-нибудь "ЭКСМОм" или "Penguin'ом" твой потолок – тысяча экземпляров, которые ты не распродашь за всю жизнь. Или даже как в изобретательстве: если ты не работаешь на фирме или в НИИ, то ценность твоих изобретений всегда будет под большим вопросом. Любой авторский продукт приносит реальную прибыль только в том случае, если он рекламируется и распространяется не самим автором, а авторитетной и богатой структурой. Правда, львиная доля этой прибыли оседает на счетах структуры, но это естественно и вполне закономерно.

 

ПРАВО НА АВТОРСКОЕ ПРАВО

Главное свойство львиной доли заключается в том, что ее всегда получает лев. Львы авторского права – это владельцы корпораций; львы авторского лева – государственные чиновники. Автору в лучшем случае достанутся крохи, а в худшем он еще и останется кому-нибудь должен; этот закон, как мы уже знаем, распространяется даже на самое что ни на есть говно. Поскольку все мы авторы и авторские продукты, нам иногда бывает обидно смотреть на зажравшихся львов. Вот мы на них и не смотрим, а обращаем свой критический взор на право или на лево, как будто там можно найти причины нашего незавидного положения. В действительности же причина только одна: мы не львы и порция царя зверей нам не положена. Ни по какому праву и ни по какому леву.

Если мы не допущены к львиному столу, нам не перепадет даже объедков, которые достаются некоторым особо приближенным авторам. Какой-нибудь независимый музыкант может годами доказывать, что Эминем украл его мелодию, но не получит ни цента – в то время как Арнольд Шварценеггер запросто отсудит полмиллиона долларов у торговца, использовавшего в рекламе образ Терминатора. В русские девяностые – эпоху сплошного кидалова, контрафакта и левых допечаток – писатель Эдуард Успенский подал несколько аналогичных исков по поводу своих персонажей и, насколько я помню, получил компенсации. Чудо? Или всё-таки закономерность?

Нетрудно понять, что автор, желающий стать субъектом авторского права, должен работать не над произведениями, а над общением со львами. Приручить льва, укротить льва, прикормить льва, воспитать собственного льва – вот задачи, достойные самого пристального внимания. Когда лев примет тебя в свою стаю, качество твоих произведений не будет иметь никакого значения. Для льва оно не важно в принципе: обычно он плохо разбирается в искусстве, мало читает и старается не забивать мозги всякой ерундой. Зато он может превратить твое говно в чистое золото и уберечь его от воров, в то время как гениальные творения твоего коллеги, брезговавшего общаться с хищниками, сгниют где-нибудь на чердаке или будут нагло растасканы другими авторами.

Но тут возникает вопрос: если львы способны совершать алхимические операции с чужим говном, то почему они не делают то же самое со своим собственным? Стесняются, что ли? Возможно, что и так – но похоже, что скоро они перестанут стеснятся. И тогда им не понадобятся никакие посторонние авторы – они будут раскручивать только себя, своих детей, родственников и сексуальных партнеров. Некоторые львиные кланы уже перешли на такую систему, другие ещё колеблются, но нет никакого сомнения, что в будущем она возобладает всерьез и надолго. Если, конечно, не случится ядерной войны или иного глобального катаклизма.

 

АВТОРСКИЙ ТРИУМВИРАТ И ПОТРЕБИТЕЛЬСКИЙ ПОДХОД

Права существуют только для тех, кто способен их защитить, и это в полной мере касается авторских прав. Но для успешной защиты нужны несколько иные качества, чем для тщательной работы над произведением. В итоге понятия "автор" и "создатель" перестают быть тождественными. В случае физиологического авторства, разумеется, автор и есть создатель; но во всех других случаях возможно множество иных вариантов. Классические примеры – научные работы ректоров и деканов, детективные серии, популярная музыка, киносценарии, телесериалы и речи президентов. Кто автор выражений "мочить в сортире" или "мухи отдельно, котлеты отдельно"? Придумал их русский народ, в речь вставил спичрайтер, а при цитировании ссылаются на Путина. При необходимости ему припишут и другие популярные выражения – нужно только, чтобы он их озвучил.

Система, сложившаяся в последние десятилетия, настойчиво разлучает "автора" с "правообладателем". На обложке диска, который я держу в руках, написано SANTANA, а на обратной стороне стоит копирайт лейбла "Poly Gram Records". И это уже никого не удивляет, равно как и то, что половина песен на диске сочинена не Сантаной. Кто автор этого произведения, понять не просто, но правообладатель указан совершенно однозначно. И чем современнее музыка, чем она электроннее, тем больше возрастает роль владельца копирайта. Молодые любители эмбиента, даба и драм'н'бэйса при покупке диска смотрят не на имена авторов (чаще всего это разовые псевдонимы), а на названия лейблов: только они позволяют судить о том, какая музыка скрывается под обложкой. На "обложке" операционной системы Windows написано Microsoft, а кто такой Microsoft? Тоже ведь не автор и даже не Билл Гейтс; однако, видя это слово на обложках других программ, мы уже примерно представляем, с чем будем иметь дело.

Современный авторский продукт всё реже и реже является плодом индивидуального творчества. Гораздо чаще в нем присутствует труд создателей (имена которых не всегда афишируются), имя автора (лица, ответственного за качество произведения) и копирайт правообладателя, купившего право на коммерческое использование. Прошу прощения у религиозно озабоченных читателей, но эта раскладка чем-то напоминает Святую Троицу. В самом деле: если сравнить авторский продукт с Божьим миром, то автора нужно сравнивать с Богом Отцом. Кого мы славим, если в мире всё в порядке? Кого браним, если в мире что-то не так? Кто нисходит к нам с небес и дает пространные интервью о том, как пользоваться этим миром и как его понимать? Конечно, автор, и никто другой.

А правообладатель в этом случае подобен Богу Сыну, выкупившему Божий мир своей кровью. В Откровении Иоанна сказано, что Сын Божий намерен изрядно подредактировать творение Отца, после чего вступит во владение им на целую тысячу лет. Издатели, продюсеры и прочие держатели копирайтов тоже любят вносить свои правки в чужие произведения, иногда изменяя их до неузнаваемости. Правда, максимальный срок действия обычного копирайта – не 1000, а 95 лет, но это уже детали.

Реальный же создатель произведения похож на Бога Духа Святого, иногда называемого Словом. Из Писания мы знаем о нем совсем немного: он "был вначале у Бога" (Иоанн 1,2), "носился над водами", когда "земля была безвидна и пуста" (Бытие 1,2) и в итоге им было создано всё, что есть на Земле. О его дальнейшей судьбе повествует Символ Веры: он "исходит" то ли от Отца и Сына, то ли от Отца через Сына – точно так же, как литературные негры, написавшие детектив для маститого автора, исходят со своими копейками в ближайшую пивную, где жалуются случайным людям на левые порядки, царящие в книжном бизнесе.

Катехизис обычно подчеркивает, что Бог "един в трех лицах", но это чисто потребительский подход. Когда мы читаем книгу, нам, в общем-то, безразлично, кто ее автор, кто издатель, а кто реальный создатель. И если наше личное творчество ограничивается банальной дефекацией, то вопросы авторского права и лева волнуют нас в наименьшей степени. Но если при всём при этом мы дочитали аж досюда, то автор этого текста имеет все причины гордиться собой. Всё-таки, пятнадцать тысяч знаков на такую левую тему… Спасибо за внимание.

Tags: